Пути построения теории гомеопатии

Пути построения теории гомеопатии

Один из заветов С. Ганемана несколько озадачивает и даже удивляет современного врача — лечить не теоретизируя. Вероятно, создатель гомеопатического метода лечения прозорливо предвидел отдаленность его теоретического научного объяснения не только от своего времени, но и от времени своих далеких последователей.

В медицине больше, чем в других сферах человеческой деятельности, практика и опыт закономерно опережают их теоретическое объяснение. Вспомним, например, иглорефлексотерапию, история которой насчитывает тысячелетия, а стройной теории нет до настоящего времени. «Теория врача есть опыт», — говорил великий Парацельс. «Объект Изучения не ждет врача-практика, требуется помощь и иногда немедленная, безотлагательная, врач должен действовать» (С. Л. Боткин). «В клинике — сначала знание, потом опыт, всегда суждение» (M. П. Кончаловский),

«Врачом быть — значит всегда из двух сильнее быть» (Э. Швенингер). «Никогда не опускать рук и бороться до конца» (В. П. Филатов). В этом смысле (необходимость действовать) мы и принимаем сегодня приведенный выше тезис С. Ганемана.

Однако отсутствие теории, объясняющей механизмы гомеопатического эффекта, всегда мешало и мешает престижу гомеопатии, нередко было поводом для сомнений и даже насмешек.

Сравним два определения гомеопатии. Одно из них (С. И. Ожегов) отличается ясностью и объективностью: «Гомеопатия — способ лечения болезни, заключающийся в применении малых доз тех лекарств, которые в больших дозах вызывают у здорового человека признаки данной болезни». Второе определение явно тенденциозно: «Гомеопатия — система лечения, основанная на умозрительных представлениях, согласно которым применению чрезвычайно малых доз веществ, вызывающих в больших дозах явления, сходные с признаками болезни, приписывается лечебный эффект» (Энциклопедический словарь медицинских терминов).

Критикуя гомеопатию, обычно указывают, что в огромных разведениях, используемых гомеопатами, практически нет действующего начала. И в самом деле, по расчетам с использованием числа Авогадро в разведении 30 уже совершенно отсутствуют молекулы разведенного вещества. Каким же образом действует вещество, которого нет? Вот почему и сегодня сторонники аллопатической медицины рассматривают гомеопатию в рубрике оккультизма (парамедицины), вместе с верой в существование таинственных сил природы, непостижимых ее свойств, знание которых доступно только избранным.

Многие и сегодня рассматривают гомеопатический эффект только в аспекте психотерапии. «Психотерапевтическое добавление» (эффект плацебо) присутствует в действии любого лекарства, а при приеме гомеопатического лекарства, возможно, даже в большей степени. Вероятно, это связано с нетрадиционностью гомеопатии, особенностью непривычного для многих гомеопатического анамнеза и общей обстановки. Эффект плацебо чаще «срабатывает» у людей мнительных, пожилых, разочарованных в предшествующем лечении (а таких немало на приеме у гомеопатов). Больной приходит к врачу с «эмоцией ожидания»… (В. М. Бехтерев). Конечно, врач-гомеопат не является здесь исключением. Возможно, от него даже ожидают большего, чем от другого врача. «Для эффекта лечения нередко имеет значение не только, что назначено, но и кем, а главное — как назначено» (Б. Е. Вотчал). «Врач и сам — лекарство» (Р. Чаалинт).

Но гомеопатический эффект не ограничивается психотерапией. Используя только эффект «пустышки», гомеопатия не выдержала бы испытания временем. Одно из блестящих свойств гомеопатии — эффективное действие по конституциональному признаку — достаточно специфично и может быть объяснено только соответствующей специфической реакцией. На конституциональном признаке основан доминирующий в гомеопатии выбор лекарства по принципу «лекарство — больной». Индивидуализация назначений — наглядное доказательство специфической эффективности гомеопатии и далеко выходит за пределы действия плацебо. Одна и та же «пустышка» не может ярко действовать на тип игнация и быть совершенно неэффективной по отношению к типу платина или пульсатилла. Гомеопатия не только соблюдает, но и абсолютизирует метод индивидуализации лечения, о котором давно говорили М. Я. Мудров, Г. А. Захарьин и др.

Объяснение эффективности другого принципа подбора гомеопатических лекарств — по болезни (по ведущему симптому или симптомокомплексу) — также требует теоретических усилий.

О существовании гомеопатического эффекта, то есть о возрастании эффективности влияния того или иного вещества по мере его значительного разведения (вплоть до сверхвысоких гомеопатических потенций) свидетельствуют и результаты многочисленных биологических исследований, частично приводимых Т. Д. Поповой.

«Нужно признать, что правильно приготовленный гомеопатический препарат с использованием динамизации несет определенную специфическую информацию. В чем сущность этой информации? Каковы механизмы ее восприятия организмом и ответные изменения в последнем? Ответы на эти вопросы, вероятно, приблизят нас к построению теории гомеопатии.

Были попытки для объяснения гомеопатического эффекта использовать известный закон Арндта—Шульца, согласно которому слабые раздражения усиливают биологические явления, сильные тормозят, сверхсильные — угнетают. Однако этот закон не является универсальным. Показано, что между силой раздражителя и ответной реакцией организма, его функциональных систем имеется непостоянная и довольно сложная зависимость. К тому же, как указывалось, гомеопатические лекарства в высоких потенциях вообще не имеют молекулярного присутствия исходного вещества. Может ли работать закон Арндта—Шульца в таких условиях, остается неясным.

Какова же природа гомеопатической амолекулярной информации? В настоящее время ответ на этот вопрос следует искать в двух направлениях. Первое — допустить материальное продолжение собственно лекарственного субстрата не на молекулярном, а на более дисперсном уровне. Второе — согласиться с возможностью информационного действия материальных частиц вещества через изменение свойств растворителя. Обе возможности предполагают необходимое условие — динамизацию лекарства в процессе последовательных разведений.

В основе первого направления поиска лежит известное положение о принципиальной невозможности исчезновения вещества или энергии. Вероятно, здесь мы сталкиваемся с природой сверхмалых частиц и постоянными процессами их взаимопревращения. По мнению физика Д. Бома, целью научного исследования является не пополнение знаний, а скорее акт понимания, постоянный процесс осознания природы. В настоящее время физики-теоретики в области квантовой механики поддерживают концепцию универсального банка данных. Из работ британского физика Дж. Белла известно, что два фотона обмениваются информацией на сверхсветовых скоростях. Как полагают, фотоны «обрабатывают» ее и «ведут себя» соответственно этой информации. Таким образом, не исключено, что секреты гомеопатической информации придется искать в сфере корпускулярно-волновых структур. Не случайно считают, что будущее теории гомеопатии, как и медицины в целом, лежит в области квантовой механики (Ф. Роял).

Второе направление теоретического поиска имеет немало последователей. Речь идет о допущении, что в процессе последовательного динамического ритмического «утончения» вещества (потенцирования) его целебные силы переносятся на «медиум», то есть в раствор. Полагают, что информационное действие материальных частиц вещества передается через изменения свойств растворителя. Особое внимание при этом уделяют водной фазе спиртоводного раствора. Вода в процессе динамизации принимает специфическую полимерную форму, отражающую конфигурацию молекул растворимого вещества («структурные отпечатки», «изображения», «стереоспецифические изотоксические полимеры»). Считают, что количество информации растворимого вещества при этом может репродуцироваться независимо от его химического действия. Вода, «вечная незнакомка», по мнению физиков, отличается удивительным структурным многообразием комплексов простых молекул. Таким образом, вода может «хранить память» о биологически активных молекулах, контактировавших с ней и исчезнувших в результате многократных разведений. Короче говоря, действует не молекула, а «память о ней», то есть система заведомо амолекулярной природы. А. Ф. Возианов и Н. К. Симеонова полагают, что по мере последовательных разведений и встряхивания в среде возникает «информационно-силовое поле, усиливающееся по мере потенцирования». Гомеопатический препарат эти авторы определяют как «информационно-энергетический комплекс, способный к переходу с одного носителя на другой, обладающий биологическим действием в отсутствии самого лекарства».

Каким же образом сигнальное раздражение препарата воспринимается организмом? Этот вопрос остается открытым, но очевидно, что на уровне восприятия или невосприятия этого сигнала (информации) решается, будет ли средство эффективным (по принципу «ключ — замок»). По поводу восприятия гомеопатической информации высказывается возможность простой передачи информации от одной порции воды (лекарства) в водную среду организма. Другие авторы объясняют гомеопатический эффект своеобразной гармонией (резонансом) электромагнитных частот лекарства и воспринимающих клеток организма. Лечебный эффект гомеопатических средств рассматривают как результат триггерного взаимодействия следовой электромагнитной матрицы с электрорецепторными структурами белковых молекул функциональных систем организма (Ф. Роял).

Если бы был решен вопрос о гомеопатической рецепции, объясняющий принцип излечения подобного подобным, то был бы сделан важный шаг к построению теории гомеопатии. К сожалению, пока высказываются лишь умозрительные, а иногда очевидно упрощенные предположения. Полагают, что существует подобие в действии болезнетворного агента и лекарства (Д. В. Попов). Это может означать, что действие этиологического фактора и лекарства реализуется на уровне общего механизма, но при этом векторы этих факторов направлены в противоположные стороны. «Заболевание и излечение выводятся на сцену одной и той же физиологической силой, на одном и том же пути, точно езда туда и, обратно по тем же рельсам» (P. Mayntzer).

По нашему мнению, гомеорецепторная система отличается широтой, многогранностью и неограниченным разнообразием функционирующих структур, а также индивидуальностью построения. Гомеорецепция, наряду с органами чувств, осуществляет связи живого организма с внешним миром. Не случайно гомеопатические лекарства представлены производными трех царств: минерального, растительного и животного. Через гомеорецепцию осуществляется воздействие на организм не только лекарств, но и многочисленных факторов внешней и внутренней среды. Через нее формируется и структура модальностей: отношение индивидуума к солнцу, луне, теплу, холоду, сырости, переменам погоды, сквозняку, ветру, свету, шуму, запахам, близости моря, пребыванию в горах, покою, движению и т. д. Гомеорецепция ассоциирована также с духовными и поведенческими чертами (педантичность, рассеянность, забывчивость, надменность, распущенность, подозрительность, признательность, общительность, грубость и др.), а также с физическими признаками конституции (толстый, тонкий, красный, бледный, теплый, холодный), вкусами и привычками, возрастом и полом.

Подобно адренергическим рецепторам или рецепторам кальциевых каналов, гомеорецепторов никто никогда не видел и не увидит их даже в сверхмощном электронном микроскопе. Существование и функционирование рецепторов, включая фазы уплотнения, закрытия, неполного и полного открытия, может быть доказано только фармакологически. Гомеопаты-унитаристы получают эффект при точном подборе средств в соответствии с этой индивидуально различной гомеорецепцией. Плюралисты также могут получить эффект, если хотя бы к одному или нескольким назначаемым средствам у пациента имеются открытые гомеорецепторы. Гомеопатия — регулирующая терапия. Гомеопатическая информация для реализации своего эффекта в организме не может не коснуться сложных биорегулирующих систем. По современным представлениям, регуляция гомеостаза осуществляется на разных уровнях, включая нейроэндокринные, иммунологические, клеточные и молекулярные механизмы. Наибольший интерес представляет изучение роли молекулярных механизмов регуляции гомеостаза в сопряжении гомеопатической информации и гомеорецепции с системами жизнедеятельности организма. В частности, привлекает внимание гипотеза об участии пептидных медиаторов в поддержании структурного и функционального гомеостаза, в том числе пептидных гормонов APUD-системы. Особого рода физиологически активные вещества, названные цитомединами, обнаружены в ткани головного мозга, в других органах и тканях.

Для объяснения механизмов действия гомеопатии одним из первых к нейрофизиологии обратился Дидье Гранжорж. По его мнению, «центральная нервная система действует в масштабах гомеопатии». Нервный импульс обуславливает изменения состояния клеточной мембраны и приводит к высвобождению в синаптическую щель медиатора в гомеопатической дозе. В настоящее время известно несколько десятков молекул, способных играть роль нейромедиаторов. Д. Гранжорж связывает, в частности, эффект гомеопатического препарата опиум с подавлением синтеза эндоморфинов, а нукс вомика — с изменениями в глицинергической системе.

Для построения теории гомеопатии требуются серьезные исследования в области нейробиологии, в частности, нейротрансмиттерных систем мозга (моноаминергических, холинергических, ГАМК-ергических, пептидергических), нейроэндокринного канала регуляции и нейроиммунных сопряжений.

Говоря об основах жизни, А. Д. Сахаров сказал: «Мы необычайно много узнали о биохимических механизмах жизни и наследственности. Однако мы поняли, что мы еще больше не знаем, чем знаем. Мы поняли, что жизнь — это наиболее сложное отражение возможностей природы. И для того, чтобы познать эти процессы в их неизмеримой сложности, нам нужны новые методы исследования, новые методы анализа того, что происходит».

Это всецело относится и к информационно-рецепторно-регуляторной концепции гомеопатии.

Просмотров: 3622 ,