Лекция 26. Обследование пациента (продолжение).

Лекция 26. Обследование пациента (продолжение).

Для врача-гомеопата важно не запутаться в проявлениях двух болезней, которые могут существовать в теле одновременно. Человек с хронической болезнью может, например, «подхватить» острое заболевание, и врач, не разобравшись, может собрать симптомы острого и хронического заболевания в одно целое и попытаться подобрать препарат. Разумеется, он не сможет найти подобный препарат, т. к. для лечения двух болезней требуются два разных лекарственных средства.

Проявления двух разных болезней должны быть разделены. Сначала подбирается препарат для лечения острого миазма, т. к. острый миазм как более сильный подавляет или временно приостанавливает развитие хронического миазма, но слишком усердный и не очень опытный врач, не зная этого, может ошибочно собрать вместе симптомы, которые были у пациента раньше.

С другой стороны, записывая симптомы хронической болезни, всегда следует упомянуть, что пациент перенес брюшной тиф, корь или другой острый миазм. Подобные болезни — это не часть хронического миазма, и их симптомы должны быть достаточно хорошо известны любому врачу.

Вы должны четко знать, что нельзя лечить два разных миазма одновременно: одновременное назначение двух различных препаратов лишь усугубляет и запутывает случай.

Я очень хорошо помню случай, когда ко мне на прием пришел пациент, ранее проживавший в одном из западных штатов. Он уже давно страдает приступами периодически повторяющейся лихорадки, и местный врач, называвший себя гомеопатом, назначил ему одновременно Chininum и Arsenicum album в низких потенциях, но такое неграмотное лечение только усугубило состояние больного. Клиническая картина изменилась, и я понял, что горе-доктор своими неправильными действиями вызвал лекарственную болезнь. Поэтому я назначил антидот, нейтрализующий последствия неправильного лечения. Через неделю или две пациент заявил, что у него теперь точно такие же симптомы, как в начале заболевания. Из его рассказа я узнал, что вечером около 5 часов у него был приступ малярии с ознобом, который прошел только под утро. Следующие день и ночь пациент чувствовал себя хорошо, и примерно в 11 часов утра у него снова был приступ малярии, но в этот раз он продолжался меньше часа, а потом он опять чувствовал себя неплохо. Кроме этого, я узнал, что ознобы начинались в разных местах и жар также появлялся в разных местах, да и другие симптомы этих двух приступов очень отличались друг от друга. Такие вещи могут показаться вам невероятными, но для врачей, имеющих практику в западных штатах, где полно малярийных болот, это обычные вещи. Правильное лечение поможет дифференцировать эти два малярийные миазма и покажет, что оба существуют одновременно в одном организме, но их симптомы очень сильно отличаются. Они проявляются в разное время и хотя существуют в одном организме, сколько-нибудь заметно не влияют друг на друга. Лечение таких состояний аллопатическими дозами хинина лишь усугубляет их течение и осложняет клиническую картину.

Всегда в подобных случаях, когда врач-гомеопат пытается назначить одновременно два лекарства, он терпит неудачу. В таких случаях необходимо выбирать для лечения более сильно выраженный миазм, а второй оставить в покое, полностью игнорируя его при лечении. Нужно подобрать и назначить одно лекарство, подобное наиболее тяжелому миазму. После того, как проявления первого миазма исчезнут, на первый план выйдут клинические проявления второго миазма. Но не торопитесь назначать препарат для лечения второго миазма, т. к. после исчезновения симптомов первого миазма, клинические проявления второго будут с каждым днем становиться все отчетливее, и через несколько дней вы уже без труда подберете необходимое лекарственное средство.

Данный пример иллюстрирует тот факт, что ни в коем случае нельзя одновременно назначать два препарата, а тем более — больше. Вы должны всегда помнить, что только хронические миазмы могут осложнять друг друга. Острый миазм никогда не осложнит течение хронического миазма, т. к. острый как более сильный может только подавить проявления хронического. Конечно, аллопаты будут говорить об осложнениях после кори, скарлатины и т. д., но они не понимают истинного положения вещей. То, что они называют осложнениями, — это не следствие этих болезней, а проявление хронических миазмов. Осложнения после кори обусловлены не самой корью, так же как осложнения после скарлатины обусловлены не самой скарлатиной, а предыдущим состоянием пациента. После скарлатины или кори могут появиться псорические проявления, и лечиться они должны как проявления хронического миазма Psora.

Так как эти осложнения — это не следствие болезни, которая лишь активизирует проявления Psora, то они появляются в период выздоровления, когда организм ослаблен. Чем лучше лечится острый миазм, тем менее вероятно появление какого-либо осложнения. Когда корь и скарлатина лечатся правильно, то, как правило, никаких осложнений не появляется. Появление осложнений почти всегда свидетельствует об ошибках врача. Разумеется, бывают случаи, когда даже самый лучший врач оказывается бессилен, но тем не менее при правильном лечении обычных, рядовых случаев осложнений быть не должно.

В подобных случаях особенно важно уметь дифференцировать миазмы, чтобы точно знать, какой миазм вы лечите. Вы не должны, например, при скарлатине назначать антипсорическое средство первым, стараясь избежать осложнений, т. к., пока вы не излечите скарлатину как острый миазм, псорические проявления не появятся. Первым врач обязательно должен назначить препарат, подобный острому миазму. Но врачу желательно выявить и все симптомы хронического миазма, чтобы знать, каких проявлений ожидать после излечения острого заболевания, т. к. нередко после исчезновения симптомов острого миазма появляется совершенно новый симптомокомплекс, хотя и относящийся к Psora. Когда после излечения скарлатины появляются боли в ушах или отеки, то это не продолжение скарлатины, а реакция организма. Отеки или острая форма Брайтовой болезни — это проявления Psora, и для их лечения необходимо конституциональное средство. Когда врач рассматривает Брайтову болезнь просто как острый миазм и назначает Apis, который считается лучшим средством при этой болезни, появившейся после скарлатины, он совершает непростительную ошибку.

Вообще, когда врач-гомеопат пытается привязать лекарство к какому-то определенному болезненному состоянию, то он не понимает самой сути гомеопатического метода лечения и ничего, кроме вреда, своему больному принести не может. Нельзя врачу-гомеопату назначать лекарство по аналогии, как это принято в аллопатической медицине. «Так, у меня уже был подобный случай, и я вылечил его с помощью такого-то препарата. Значит, если я сейчас назначу тот же препарат, я вылечу и этот случай!» — подобные рассуждения для врача-гомеопата недопустимы. Я неоднократно встречал врачей, называющих себя гомеопатами, которые обращались ко мне за помощью со следующими словами: «Знаете, коллега, у мистера Х был точно такой же случай, и я вылечил его таким-то препаратом, но когда я дал тот же препарат мистеру Z, у которого были точно такие же симптомы, то не увидел никакого эффекта. Вы не объясните, в чем дело?»

«Что касается исследования совокупности припадков эпидемических и спорадических болезней, то нет ни малейшей нужды доискиваться, существовало ли когда на свете что-либо подобное под тем или другим названием…» («Органон», § 100). Постоянно помните эти слова нашего Учителя; их можно даже повесить на стене в своем кабинете. Одно из главных условий при обследовании — непредубежденность, а если вы будете при обследовании пытаться вспомнить похожий случай, то как бы вы ни старались, вы не сможете быть объективны.

Врач должен проводить обследование пациента без всякого предубеждения, пытаясь выявить все имеющиеся симптомы, а не только те, которые он надеется найти, проводя аналогию с подобным заболеванием, успешно вылеченным им ранее. Когда врач-гомеопат соотносит какое-то лекарство с определенным заболеванием, он заранее в большинстве случаев обречен на неудачу. Не думайте о лекарстве до тех пор, пока не зафиксируете на бумаге все выявленные у пациента симптомы. Имея эти записи, вы всегда сможете уточнить симптомы, если при их анализе у вас получится несколько препаратов. Только в этом случае вы можете спрашивать у пациента о симптомах, имеющихся в патогенезе этих двух или трех лекарств, полученных в результате реперторизации, для выбора одного из них.

Анализ болезненных проявлений необходим для выявления особенностей, указывающих на подобное лекарственное средство. То, что в течении болезни вызывает удивление, кажется странным, необычным, как правило, указывает на необходимое лекарство. Чтобы распознать эти особенности в течении болезни, необходимо хорошо знать клинические картины болезней и Materia Medica, но не патологоанатомические изменения, а внешние проявления той или иной болезни.

«…Новость и особенность такой заразительной болезни нисколько не изменяют ни образа ее исследования, ни способа лечения; ибо врач всегда должен иметь в виду, что ясное проявление каждой болезни, находящейся перед его глазами, есть нечто неведомое и новое для него, почему обязан это проявление рассматривать самым точным и верным образом, если хочет быть истинным и основательным врачом; поэтому он никогда не должен руководствоваться догадками вместо верного наблюдения или смотреть на какой-нибудь случай болезни как на известный в целом и частях, предварительно не исследовав его обстоятельно во всех припадках. Это тем более здесь необходимо, что всякая заразительная болезнь во многих отношениях есть явление особого рода и, по точном исследовании, много отличное от других заразительных болезней прошлого времени, которым ошибочно придавали одно и то же название. Я, однако, исключаю отсюда те эпидемии, которые происходят от миазма всегда одинакового, как то: натуральную оспу, корь и др.» («Органон», § 100).

Многое зависит от способности врача-гомеопата понять, что собой представляет миазм. Если он в этом не разберется, то попросту смешает вместе симптомы острого и хронического миазмов. С. Ганеман имел удивительную способность с первого взгляда распознавать болезнь, потому что он очень хорошо знал гомеопатическую Materia Medica и ежедневно дополнял и совершенствовал ее. Учитель тщательно проверял свойства лекарств, внимательно наблюдая за их действием, и творчески осмысливал полученные результаты. «Мы никогда не должны заменять пердположениями наблюдения и никогда не рассматривать болезнь как уже известную».

Врач-гомеопат выявляет признаки и симптомы болезненных состояний, и каждая болезнь — это новая комбинация этих признаков и симптомов. Существует порядок, совершенный порядок, в котором каждая болезнь представляет себя, и задача врача — отыскать этот порядок.

Просмотров: 726 ,