ФИЛОСОФСКИЕ ОСНОВЫ

ФИЛОСОФСКИЕ ОСНОВЫ

Сейчас мы займемся подробным изучением репертория. Чтобы получить исчерпывающее представление о нем и его возможностях в хронических случаях, мы должны рассматривать реперторий как средство достижения результата, а не как сам результат. Часто он является мостом понимания между врачом и хроническим пациен­том. Именно с помощью структуры репертория врач может понять страдания пациента и избавить его от любого неясного болезнен­ного состояния, особенно хронического, а при необходимости сно­ва и снова возвращаться к рассмотрению случая и динамике его развития. Из структуры репертория врач получает наилучшее пред­ставление о прошлом состоянии пациента, его сегодняшней симп-

томатологии и возможном будущем развитии. Для того, кто не изу­чал тщательно общий реперторий, его возможности потеряны в ту­мане полузнания. Истина яснее проступает из ошибки, чем из по­луистины, и тому, кто знает мало, часто труднее достичь полного понимания. Поэтому при изучении “Терапевтической записной книжки” Беннингхаузена мы кратко рассмотрим состояние совре­менной ему гомеопатической литературы.

После того, как была написана Materia Medica Рига Ганемана, становилось все очевиднее, что надо создать какой-то метод, поз­воляющий находить simillimum проще и быстрее. К тому времени записи симптомов достигли огромных размеров, но единственным методом обращения к ним было утомительное перелистывание, страница за страницей, Materia Medica. Ганеман тщательно следил за всеми проводимыми испытаниями и испытал много препаратов самостоятельно, поэтому он, вероятно, без особого труда иденти­фицировал симптомы любого отдельного препарата. Однако пись­ма пациентов, которые обращались к нему в последние годы его жизни, свидетельствуют, что прежде чем назначить препарат, он часто просматривал страницы рукописи. Дополнительным свиде­тельством того, что идентификация симптомов стала огромной проблемой даже для Ганемана, является тот факт, что он сам соста­вил краткий реперторий некоторых ведущих симптомов, который был напечатан по-латыни. Позже он развил идею репертория даль­ше, но эти позднейшие реперторий до сих пор существуют лишь в рукописной форме и никогда не издавались (д-р Рихард Хель гово­рит о них в своей книге “Жизнь Ганемана”).

Беннингхаузен был близким другом и учеником Ганемана, и именно при поощрении Ганемана он разработал свой первый ре­перторий, опубликованный в 1832 г. “Реперторий антипсоричес-ких лекарственных средств”. К нему написал предисловие сам Га­неман, и это был, несомненно, один из самых первых опублико­ванных реперториев.

В 1835 г. Беннингхаузен опубликовал свой “Реперторий лекарст­венных средств, которые не являются антипсорическими”, в 1836 г. — книгу “Попытка показать относительное родство гомеопатичес­ких лекарственных средств”. Десять лет спустя был опубликован его “Терапевтический справочник для враче й-гомеопатов”, в этом томе использовались принципы и общий метод построения, применен­ные в предыдущих томах, значительно пополненные и усовершен­ствованные благодаря постоянным наблюдениям в течение нескольких лет. Сам же том был построен так компактно, что избежал громоздкости репертория Яра и других первых реперториев.

При построении “Терапевтической записной книжки” в процес­се разбиения симптомов на группы Беннингхаузен опирался на учение Ганемана о том, что врач-гомеопат должен делать назначе­ния на основе полной совокупности симптомов случая. Он исходил из гипотезы, что эта полная совокупность симптомов является не только совокупностью симптомов, но и сама по себе одним боль­шим симптомом пациента, а также, что независимо от того, рас­сматриваются отдельные части симптома или большой симптом (сама совокупность), должны присутствовать три фактора: 1) лока­лизация: вовлеченная в процесс болезни часть, органы или ткани; 2) ощущение: характер боли, ощущение и функциональные или ор­ганические изменения, характеризующие патологический про­цесс; 3) условия повышения или понижения интенсивности симп­томов: обстоятельства, вызывающие, возбуждающие, усиливаю­щие или иным образом обусловливающие изменение симптомов или освобождение от страданий.

Беннингхаузен признавал, что симптомы естественным образом встречаются группами, некоторые из них выражены и хорошо за­метны, а другие играют подчиненную роль. Они возникают в каж­дом хроническом случае и часто в заметной степени. Это всегда ве­дущие симптомы, и их можно определить как те симптомы, для ко­торых имеется ясное патологическое основание, которые наиболее заметны и четко узнаваемы, первыми привлекают внимание паци­ента или врача, причиняют наибольшее страдание, определенно указывают на локализацию и характер патологического процесса или образуют основу случая. Однако в ведущих симптомах, взятых отдельно, нет, с точки зрения врача, ничего особенно характерного.

Например, у нас есть 150 препаратов, вызывающих застойное полнокровие головного мозга, 36 — воспаление печени, 96 — воспа­ление легких, 44 — воспаление яичников и столько же — воспаление матки. Любой из этих симптомов может стать ведущим симптомом, однако воспаление любого органа не является фактом большой ценности при поиске врачом simillimum.

В каждом из этих состояний мы имеем локализацию, если пра­вильно диагностировали случай, но если мы не сможем квалифи­цировать локализацию по ощущениям и условиям ухудшения и улучшения, то у нас не будет никакой иной альтернативы, кроме как выбирать препарат эмпирически.

Именно поэтому Ганеман настаивал на необходимости рассмат­ривать полную совокупность симптомов случая. Беннингхаузен в структуре своего репертория подчеркнул ценность полного симп­тома (по локализации, ощущениям и условиям повышения и пони­жения интенсивности), но добавил четвертое требование, столь же обязательное, как и первые три, однако само по себе разбивающе­еся на эти три части. Это был сопутствующий симптом, и это тре­бование привело к утверждению, что его реперторий основан на учении о сопутствующих симптомах. Мы сказали бы, — на учении о полной совокупности симптомов случая, которая должна включать сопутствующие симптомы.

Прилагательное “сопутствующие” означает существующие или встречающиеся вместе, привходящие. Термин “сопутствующие симптомы” означает “привходящие обстоятельства”.

Мы говорили об особой пользе реперторного анализа в неясных хронических случаях с большим количеством групп симптомов, где ни одна из них не видна с достаточной ясностью, чтобы гарантиро­вать правильность назначения. Здесь вступают в силу особые воз­можности “Терапевтической записной книжки”, потому что Бен­нингхаузен разрабатывал этот реперторий, имея в виду рассмотре­ние подобных случаев в свете указаний Ганемана.

Сколько бы групп симптомов ни появлялось, но если они сосу­ществуют или появляются в какой-нибудь связи по времени с вы­дающейся группой симптомов, такой, например, как чередование летних и зимних симптомов, то при этом методе все они могут при­ниматься в рассмотрение.

Мы можем пойти дальше и сказать, что почти в каждом случае най­дутся один или несколько сопутствующих симптомов, и мы часто об­наруживаем, что они не только сосуществуют, но и являются теми симптомами, которые, с точки зрения теоретической патологии, вро­де бы не имеют никакого отношения к ведущим. Часто это — симпто­мы, для существования которых у рассматриваемого индинида мы не можем найти никакой причины. Мы почти могли бы назвать их “бес­причинными привходящими обстоятельствами* рассматриваемого случая, однако они реально связаны с ним посредством того, что су­ществуют в то же самое время и у того же самого пациента. Их не сле­дует ни упускать из виду, ни недооценивать только потому, что их не­возможно привести в соответствие с теориями традиционной меди­цины или нашими собственными представлениями об отсутствии логической связи между ними и рассматриваемым случаем.

Тем не менее это кажущееся беспорядочным разбиение симпто­мов на группы регулируется некоторым принципом, и именно от­крытие этого принципа привело Беннингхаузена к изобретению плана, на котором был основан реперторий.

Он состоит в том, что сделать успешное назначение возможно на основании одного симптома, следуя изложенному в “Терапевтиче­ской записной книжке” плану, при условии, что этот симптом по­лон. Имея просто какую-нибудь боль определенного характера в определенном месте или органе, условие повышения или пониже­ния интенсивности и дифференцирующий фактор — так называе­мый “сопутствующий” или “сопровождающий” симптом, можно найти препарат (очень часто условие повышения или понижения интенсивности само по себе является дифференцирующим факто­ром). Если на странице фрагментарных симптомов можно найти все эти четыре элемента и объединить их в один полный симптом, то есть надежда найти препарат. Локализации, ощущения и усло­вия недостаточно: необходимо добавить сопутствующие симпто­мы —эту характерную или случайную особенность, которая всегда существует в любой полной совокупности симптомов как у паци­ента, так и у препарата и которой они отличаются от всех других случаев или препаратов.

Сопутствующий симптом является для полной совокупности симптомов тем же, чем условие повышения или понижения интен­сивности для одиночного симптома. Это дифференцирующий фактор.

Та часть симптома, которая не может быть сделана полной в са­мой пораженной части, станет таковой в какой-нибудь другой час­ти как сопутствующий или ассоциированный симптом.

Нет необходимости находить условие повышения или пониже­ния интенсивности в связи с локальным или частным симптомом. Очень часто найти его невозможно. Более широкий взгляд на слу­чай, при котором признается, что каждый симптом или часть симптома принадлежит случаю в целом, позволяет нам, по плану Беннингхаузена, сделать частичные симптомы полными путем объединения отдельных фрагментов в единое целое. Опыт доказы­вает верность учения Беннингхаузена о важности сопутствующих симптомов.

Сформулируем это иначе. Беннингхаузен исходит из ганеманов-ской теории о том, что болен человек в целом, и все возникающие у него расстройства являются частью его состояния, а потому долж-

ны учитываться при попытке освободить его от этих расстройств и полностью излечить.

В своем очерке о “Лечении перемежающейся лихорадки” Бен­нингхаузен говорит:

“Хорошо известно, что самой яркой характеристикой перемежа­ющейся лихорадки является последовательность приступов озно­ба, жара и потливости, причем эти различные симптомы либо сле­дуют один за другим, либо возникают одновременно, либо череду­ются разными способами. Эти симптомы, которые следует рассма­тривать как один, обычно так сильно выражены, что все остальные сопровождающие симптомы либо упускают из виду, либо они на­столько сильно затемнены первыми, что их считают либо не заслу­живающими внимания, либо объединяют под маскирующим нео­пределенным названием “Перемежающаяся лихорадка”. Однако вслед за характером самого пароксизма лихорадки именно эти со­провождающие или вторичные симптомы должны определять вы­бор препарата. Это настолько верно, что лекарство, выбранное в соответствии с совокупностью наблюдаемых при апирексии симп­томов, обеспечивает уверенное излечение лихорадки, хотя, воз­можно, никогда ранее не использовалось для этой цели.

При выборе лекарства, конечно, следует строго учитывать психи­ческие симптомы пациента. Опыт говорит, что самым надежным указанием на препарат является совокупность имеющихся при апи­рексии симптомов, иными словами — сопутствующие симптомы… Их следует рассматривать исключительно и даже в противовес са­мим симптомам пароксизмов в ходе наших испытаний на здоровых людях до тех пор, пока не будет найдено лекарство, соответствую­щее обеим этим последовательностям симптомов. Только эти пре­параты быстро приведут к определенному и стойкому излечению… Некоторые из препаратов, которые окажутся показанными после этого, обладают поразительным сходством симптомов. Это сходст­во можно рассматривать как нить, которая объединяет эти препа­раты в одно семейство, несмотря на различия. Это сходство обна­руживается как между вспомогательными симптомами, так и меж­ду симптомами пароксизма. Опыт учит, что это сходство крайне важно для выбора препарата. Врач может руководствоваться сход­ством при выборе препарата, особенно в тех случаях перемежаю­щейся лихорадки, которые были несовершенно описаны ему паци­ентами, живущими далеко”. Касаясь эпидемий, он говорит: “Все различные симптомы, которые встречаются у разных пациентов, можно объединить в одну группу, и эта группа укажет на препарат, который будет гомеопати-чен и приведет к излечению”.

Человеческий организм похож набольшую сложную машину, со­стоящую из огромного числа деталей, собранных воедино согласно определенному плану или идее. Для этих деталей нужен склад. Ре-перторий похож на складское помещение фабрики, предназначен­ное для упорядоченного хранения деталей, где каждая располагает­ся на своей собственной полке. Рабочие выбирают детали, необхо­димые для создания машины, и собирают их согласно плану.

Рабочие детали, по отдельности лежащие на полках — это не ма­шина, а лишь детали. Нужны еще план или идея. В сочетании они дают индивидуальность, форму, полезность, эффективность. “Терапевтическая записная книжка” Беннингхаузена содержит как план, так и детали.

В основе справочника Беннингхаузеналежитучение осоттутство-вании. Именно оно придает этой книге особую ценность. Группа важнее одиночного симптома независимо от того, насколько ха­рактерным может казаться этот одиночный симптом.

Одиночный характерный симптом иногда придает группе инди­видуальность, как какая-нибудь характерная личная черта отлича­ет каждого из членов семьи, которые в остальных отношениях мо­гут сильно напоминать друг друга, но эта индивидуализирующая черта чаще встречается в некоторой модальности, обшей для всех симптомов группы.

Total Views: 1162 ,