ПОСТРОЕНИЕ РЕПЕРТОРИЯ

ПОСТРОЕНИЕ РЕПЕРТОРИЯ

При построении своей “Терапевтической записной книжки” Беннингхаузен привнес в него несколько оригинальных особенно­стей. В то время реперторий был новым явлением в гомеопатичес­кой литературе и разрабатывался из-за необходимости составить указатель по накопленным многочисленным испытаниям. Юриди­ческий ум Беннингхаузена заметил несколько бросающихся в глаза черт в этих громоздких испытаниях, благодаря чему он смог изоб­рести и усовершенствовать реперторий, который оказался гораздо удобнее, значительно изощреннее и при этом компактен, исчерпы­вающ и прост в использовании.

Одним из ярких отличий в построении ранних реперториев Бен-

нингхаузена было варьирование формы шрифта, указывающее на степень важности данного симптома-рубрики для различных пере­численных лекарств.

Даже в своем первом реперторий Беннингхаузен использовал пять вариантов шрифта, которые указывали на индивидуальную оценку каждого препарата для данного симптома или рубрики. В первых изданиях мы видим, что они отмечены курсивом, в котором все буквы отделены друг от друга пробелом, курсивом, обычным шрифтом с пробелами, обычным шрифтом и обычным шрифтом в скобках.

Яр опубликовал первое издание своего репертория в 1834 г., дву­мя годами позже, но он был очень неудобен, и до подготовленного в 1851 г. четвертого издания Яр не делан никаких попыток оцени­вать симптомы. В предисловии к этому изданию он пишет: “В под­ражание Беннингхаузену я использовал в своем реперторий шриф­ты четырех разных видов…” Очевидно, что он не признал предло­женную Беннингхаузеном пятую оценку.

На странице VI своего “Предисловия” Беннингхаузен говорит:

“Назначение этой “Терапевтической записной книжки”, как ука­зано в его названии, двояко, а именно: с одной стороны — помочь памяти врача у постели больного при выборе препарата, а с другой — служить ориентиром при изучении Materia Medica Рига, благода­ря чему можно найти способ судить о большей или меньшей цен­ности каждого симптома и сделать целое (целостность?) более пол­ным и четко определенным.

Ввиду того, что почти в каждой рубрике имеется много препара­тов, было сочтено необходимым ради достижения обеих вышеупо­мянутых целей различать относительную ценность препаратов с помощью разных шрифтов, как я сделал в своем предыдущем ре­перторий и необходимость чего постоянно доказывал Ганеман”.

В издании Аллена эти ранги различаются ЗАГЛАВНЫМИ БУК­ВАМИ (5), жирным шрифтом (4), курсивом (3), прямым светлым шрифтом (2) и прямым светлым шрифтом в скобках (1). Последняя оценка редко используется в тексте книги, а чаше встречается в разделе “Связи”. Об этой оценке Беннингхаузен говорит (“Предис­ловие”, с. VII);

“На пятом месте — последнем из всех — содержатся сомнитель­ные препараты, которые требуют критического рассмотрения и встречаются крайне редко…”

Иными словами, это препараты, у которых данный симптом на

блюдался, но редко, либо был проверен только в клинической ра­боте.

Об этой работе по оценке препаратов Беннингхаузен говорит нам (“Предисловие”, с. VIII):

“Я не мог даже намекать на большую или меньшую близость к бо­лее высокому или низкому рангу, а мог пойти лишь настолько дале­ко, чтобы ошибка была меньше половины интервала. Не берясь с уверенностью утверждать, что было достигнуто все возможное в пределах таковой точности, я могу определенно сказать, что с моей стороны не было недостатка в прилежании, тщательности и осто­рожности с целью в максимальной степени избежать ошибок…”

Хотя эта оценка симптомов была уникальной особенностью по­строения репертория Беннингхаузена, она была не сравнима с тем методом построения, которым он пользовался и для которого эта оценка была лишь одним из аспектов. Прежде чем подробно про­анализировать реальное построение, рассмотрим кратко ситуацию того времени с реперториями.

Имевшиеся репертории обладали особо заметным дефектом -они были построены, в основном, на основе алфавитного плана, т.е. каждое предложение или идея были разбиты на составляющие сло­ва или части и распределены по всей книге в алфавитном порядке. После распределения согласно этому плану их уже невозможно бы­ло собрать воедино снова. Надо было изобрести какой-нибудь план, с помошью которого можно было бы организовать и классифици­ровать симптомы быстро растущей в объеме Materia Medica, чтобы легко их находить и собирать воедино в последовательной и логич­ной форме, не разбивая слишком сильно на составляющие. Они должны быть разделены, но только так, чтобы не была нарушена их индивидуальность и не ограничена целостность. То, что было разде­лено, должно допускать повторную сборку. План должен быть до­статочно гибок, чтобы допускать сборку отдельных частей препара­та или симптома воедино в такой форме, которая соответствовала бы любой группе симптомов, какая только может встретиться на практике. Как Природа сочетает элементы болезни в постоянно ме­няющихся формах, так и Искусство может объединять элементы Materia Medica в соответствии с формами Природы.

Эта задача была трудна, но тонкий аналитический ум Мюнстер-ского Мудреца решил ее. Он предложил понятие большой и вклю­чающей все полной совокупности симптомов, состоящей из карди­нальных аспектов локализации, ощущения, условий повышения и

понижения интенсивности и сопутствующих обстоятельств, кото­рая должна была покрывать как все симптомы Materia Medica, так и все симптомы болезни.

Теперь для того, чтобы рассмотреть реальный план построения, мы должны изучить самые первые из имеющихся изданий “Тера­певтической записной книжки”, поскольку очевидно, что любая книга, которая столько раз редактировалась, должна была в каких-то частностях отойти от оригинального текста, и потому по мере переиздания этого труда вполне могли пострадать общие контуры.

Примерно через два года после того как Беннингхаузен впервые опубликовал свою “Терапевтическую записную книжку”, в Мюн-стере вышло английское издание. На нем не указано имени пере­водчика, но перевод был выполнен, как сообщает нам Беннингхау­зен на с. VII своего “Предисловия”, “одним из самых выдающихся немецких врачей-гомеопатов, который в совершенстве знаком с ан­глийским языком и литературой, но не ишет известности”. Несмот­ря на типографские ошибки и устаревшую фразировку мы можем считать, что он великолепно передает картину авторской мысли.

Спустя короткое время после этого книгу перевел Хемпель. Пе­ревод был опубликован и следует тем же общим принципам. Мы видим, что эти первые издания разбиты на семь частей:

1. Психика и интеллект (в самых старых изданиях — Психика и
душа)

2. Части тела и органы

3. Ощущения и жалобы

I. Общие

II. Со стороны желез

III.Со стороны костей

IV.Со стороны кожи

4. Сон и сновидения
I. Кровообращение
II Стадия озноба
III. Холодность

5. Жар

V. Потоотделение

VI. Сложные лихорадки

VII. Сопутствующие жалобы

6. Изменения состояния здоровья

I. Ухудшение в зависимости от времени

II. Ухудшение в зависимости от ситуации и обстоятельств.

III. Улучшение в зависимости от позы и обстоятельств 7. Связи между препаратами

Total Views: 1127 ,