Лекция 36. Повторное назначение.

Во второй прием вы можете повторить первое лекарство, а можете назначить антидот или другой препарат. Чтобы принять одно из этих решений, вам следует, опираясь на свои записи, изучить случай заново, добавив происшедшее со времени первого назначения. Поэтому, если пациент меняет врача, возникают почти непреодолимые трудности, и такие перемены никогда не приносят добра. Зная это, настоящий гомеопат постарается подтвердить первое назначение. Если первый врач — настоящий гомеопат, то никто не компетентен лучше него сделать и второе назначение.

Смена врача — подчас истинное несчастье для пациента, сколь бы ни был сведущ новый доктор в Materia Medica. Ведь лекарство, которое помогло больному частично, часто может и довершить дело. Для смены лекарства должны быть веские причины. Нередко ко мне попадают пациенты, лечившиеся до того у хороших докторов, я всегда стараюсь уговорить их вернуться, мне не хочется их принимать.

Принять такого пациента — значит причинить ему существенный вред, разве только если он приносит с собой точнейшее описание своего случая. Особенно важно это после правильного назначения, когда лекарство частично уже подействовало. Но даже при таких идеальных условиях для смены врача необходимы исключительные причины. Это не столько вопрос этики профессиональных взаимоотношений; такие проблемы не должны повредить отношениям друзей. Просто второй доктор лишен необходимых для успешного лечения сведений. Правила требуют, чтобы в случае благотворного действия первого лекарства от него не отказывались, пока не будет исчерпана возможная от него польза. Как же может оценить это новый врач? Поэтому его долг — уговорить пациента вернуться к первому врачу.

Как правило, после первого приема лекарства, подобранного правильно, исчезают те симптомы, по поводу которых оно было назначено. Картина болезни изменяется, исчезают ведущие, ключевые симптомы, и остаются мало о чем говорящие, тривиальные. Конечно, если подождать достаточно долго, ключевые симптомы появятся вновь. Однако врач чаще всего старается назначить что-либо при первой встрече с больным, вместо того, чтобы подождать. Он основывает свое назначение на этих остаточных симптомах. Чего следует избегать, так это спешки при втором назначении. Остается только пожалеть больного, попавшего к такому торопливому доктору. Я не раз слышал от пациентов: «Доктор Такой-то сперва отлично мне помог, но потом дело застопорилось». Понятно, что этот доктор сделал сначала правильное назначение, замечательно помог пациенту. Но потом он начал назначать что-то в спешке и суете, и это уже было бесполезно. Беда в том, что он достаточно не выждал. Не важно, совесть ли не позволила ему назначить Saccharum Lactis или он не сделал это по невежеству — результат одинаков. Слишком частое повторение лекарства, постоянный прием одного и того же средства лишает вас всякой надежды на правильное второе назначение. Назначив правильное средство, но повторяя его прием слишком часто, вы никогда не дадите возможности симптомам вернуться и правильно сделать второе назначение. Симптомы больного перемешаются с патогенезом лекарства. Само понятие второго назначения предполагает, что:

а) первое назначение было правильным и подействовало;

б) оно полностью отработало.

Без выполнения этих условий у нас нет возможности приступить к повторному обследованию больного.

Это обследование проводится, когда полностью прекратятся вызванные первой дозой изменения состояния пациента. Покуда продолжаются вызванные лекарством появления и исчезновения симптомов, любое новое назначение только испортит дело. Ничего не получится, если после первого приема организм не получит отдыха от лекарства.

Итак, соблюдены все предосторожности. Первое, что мы собираемся обнаружить, — это возвращение исходных симптомов, хотя бы и не столь выраженных, как до приема лекарства. Пока продолжается вызванная лекарством неразбериха в организме, пока устанавливается новый порядок, мы не видим исходных симптомов. Это может продолжаться несколько дней, недель или месяцев, но без них мы ничего не можем сделать.

Что может гомеопат без симптомов? Кроме них, ничто на свете не поможет нам выбрать лекарство, так что врач обязан ждать возвращения исходных симптомов. Если они возвращаются в исходном виде, но изменившись по интенсивности — усиленные или ослабленные — это замечательно. Иначе говоря, сначала некоторое облегчение, а затем возвращение почти к исходному состоянию через месяц или два. Теперь врачу не требуется почти никакой новой информации, чтобы удостовериться в правильности первого назначения. Раз вернулись и общие, и частные симптомы — значит, больной излечим, и второе назначение должно быть повторением первого.

Другое возможное обоснование для второго назначения — появление множества новых симптомов, меняющих старые. Не старые возвращаются, а новые занимают их место. Пациент говорит вам: «Отлично, доктор, Вы вылечили меня от моей болезни, но теперь у меня появилось вот что!» Изучив эти новые симптомы, врач с удивлением находит их в патогенезе назначенного им средства. Это уже похоже на лекарственную болезнь. Он спрашивает, не было ли у пациента таких симптомов когда-либо прежде. «Не припоминаю, доктор». Спросите о том же, но иначе, и если это действительно новые симтомы — назначение было неправильным.

Лекарство не было подобным, оно усугубило состояние, вызвав лекарственную болезнь. Плохо, если эти новые симптомы требуют назначения антидота. Для этого следует изучить взаимодействие новых симптомов со старыми, и новое лекарство должно быть подобно скорее новым симптомам, чем прежним.

Всякое следующее назначение по необходимости должно принимать в расчет все, что было до него, так что третье, четвертое, пятое назначение делаются так же, как и второе. После первого неудачного назначения все последующие вы будете делать с трудом и тревогой на сердце.

Если развитие болезни вашего пациента заходит в тупик, обычно в новом назначении нет необходимости. После первого приема лекарства симптомы меняются, как им и следует: одни сменяли другие, появлялись новые, но, в конце концов, все вернулось к исходной точке. Эти исходные симптомы выражены незначительно, но они не причиняют больному особых страданий — это застой, тупик. Пациент говорит: «Вроде и нет ничего, и вроде не выздоровел. Застой какой-то». Тогда врачу остается лишь ждать, и ждать долго.

Если и по прошествии нескольких месяцев ничего не происходит и нет никакой тенденции к выходу болезни на поверхность, то еще один прием того же лекарства не принесет вреда. Вы не можете назначить новое лекарство: ничего не изменилось и ничто не указывает вам на новое средство. А новый прием того же лекарства может подтолкнуть больного по пути выздоровления.

Не спешите с новой дозой. Когда пациент в тупике — ждите и не спешите. Возвращение исходных симптомов, как и в первом случае, поможет вам определиться с выбором лекарства.

Второе назначение, технически говоря, это следующее за подействовавшим. Вы можете назначить дюжину не оказывающих на организм эффекта лекарств, специфическое назначение так и не будет сделано. Можно потратить сколько угодно времени, назначая лекарства ни к селу, ни к городу, — результата не будет никакого.

Считайте за первое назначение только то, которое подействовало, вызвало положительные перемены в организме, а следующее за ним будет вторым.

Когда следует сменить лекарство? При каких обстоятельствах это необходимо?

Один случай я уже упоминал: появление новых четко выраженных симптомов, т. е. смена самого основания для вашего назначения. Например, исчезновение державшейся очень долго головной боли и появление совершенно новой группы симптомов, которых никогда прежде у больного не было. Такой результат действия лекарства означает, что вы должны назначить новое средство.

Представим себе теперь другую ситуацию, также требующую смены лекарства. Годами вы лечите своего больного от хронической конституциональной болезни. Вы прошли уже все разведения — от низких к высоким, постоянно добиваясь хорошего эффекта. Вы назначали каждое разведение до тех пор, пока его лечебный эффект не был исчерпан, а затем переходили к более высокому. Так вы прошли всю шкалу разведений. При недостатке симптомов вы можете назначить это лекарство только потому, что знаете по опыту: оно является для этого больного конституциональным. Даже если симптомы переменились настолько, что на основании новых вы ни за что не назначили бы этого лекарства, но оно тем не менее продолжает помогать — не меняйте лекарства.

Многие врачи говорят: «Когда меняются симптомы, я меняю лекарство». Таким путем они пациента не лечат, а губят. Если симптомы изменились, а больному не стало лучше — тогда меняйте лекарство. Если же симптомы изменяются, а больному все лучше и лучше — не меняйте лекарства, пока сохраняется эта благотворная тенденция.

Часто на поверхность выходят явно забытые симптомы. Пациент их не ощущал, не воспринимал, как не воспринимается тиканье часов на стене. Многие из «новых» симптомов есть старые, но вернувшиеся вновь. Скажем, ваша пациентка и сама не узнает своих старых симптомов, но в конце концов кто-нибудь из домашних обрадует вас: «А, это у мамы уже было тогда-то, просто она забыла». Очень часто так бывает с выздоравливающими.

Итак, пока больной поправляется от вашего лекарства, изменились ли симптомы или нет, — не назначайте нового препарата! Сомневаетесь — ждите. Возьмите себе за правило не бросать удачно подобранного лекарства, не испробовав еще одного разведения, повыше. А вот когда очередное, самое высокое в ряду примененных, разведение будет принято и окажется неэффективным, тогда и только тогда вы можете сказать, что лечебное действие этого лекарства исчерпано и необходима перемена.

Теперь давайте рассмотрим ситуацию, при которой требуется назначение комплементарного средства, — действие второго приема должно дополнить действие первого. Это также означает смену лекарства.

Для примера возьмем смышленого, большеголового, голубоглазого мальчика 4-5 лет. Он часто простужается, и каждая простуда проявляется симптомами со стороны головы: краснотой лица, пульсацией сонных артерий и т. д. Вы назначаете ему Belladonna, и Belladonna ему помогает, однако не действует как конституциональное средство. Головные боли остаются, т. к. они коренятся в его псорической конституции, и в какой-то момент Belladonna совсем перестает ему помогать.

Тогда вы уже внимательно исследуете случай и обнаруживаете, что вне острых болезней — простуды, лихорадки — у него нет головных болей и показано совсем другое лекарство! Дряблость мышц, увеличенные железы, простуды при каждой перемене погоды и пристрастие к яйцам — вы решаете назначить Calcarea carbonica. Тот факт, что Belladonna казалась такой подобной, но действовала лишь паллиативно, только укрепляет вас в вашем мнении. Лечить больше одного — двух острых приступов — пустая трата времени, но, с другой стороны, не следует давать Calcarea carbonica во время приступа. Когда Belladonna справится с критическим положением — назначайте комплементарное ей конституциональное средство, т. е. Calcarea. Есть еще много лекарств, связывающихся или даже сцепляющихся таким вот образом.

Есть еще серии лекарств, например Sulphur, Calcarea и Lycopodium. Лекарство ведет к одному из своих родственников, и мы находим, что эти родственники взаимосвязаны, как Sepia и Nux vomica. Желчная лихорадка на фоне конституции Sepia скорее всего потребует Nux vomica, а как только желчная или перемежающаяся лихорадка пройдет, на поверхность выйдут симптомы Sepia, как бы демонстрируя взаимосвязь Sepia и Nux vomica. Если пациент находился какое-то время под воздействием Sepia и у него разовьется острое воспалительное заболевание, оно скорее всего пойдет по типу Nux vomica или еще одного из этой серии препаратов. Вся Materia Medica полна этими взаимодействиями.

Второе назначение может также означать смену всего плана лечения. Предположим, что ваш план лечения основан на том, что из всех симптомов и анамнеза вашего пациента явственно выступает Psora. Поэтому вы и лечите больного известными антипсорическими средствами: Sulphur, Graphitis и др. Симптомы подобны назначенному вами средству, вы замечательно помогаете пациенту, и проявления Psora исчезают. И вдруг этот больной приходит к вам с язвенным фарингитом, ужасными головными болями, и все в его виде и его конституциональных особенностях заставляет вас спросить: «Дорогой друг, а не болели ли вы сифилисом?» «Было дело, — отвечает тот, — и вылечили меня препаратами ртути». Теперь, когда прошло псорическое состояние, на поверхность поднялся этот старый сифилис. Конечно, это заставляет вас сделать новое назначение, приняв во внимание изменившееся состояние больного. То же самое происходит и с Sycosis; хронические миазмы могут чередоваться. Когда доминирует один из них, остальные уходят в тень. В зависимости от этих перемен вам приходится менять план лечения пациента.

Никогда не назначайте лекарства без длительного и тщательного изучения больного. Вы должны знать, что было и чего можно ожидать. Это очень важно. Постоянно возвращайтесь к результатам ваших обследований. И никогда не назначайте лекарства, не зная конституции больного, — это очень опасно!

Просмотров: 1689 ,